Российский и мировой рынок стали в начале августа 2024 года

Финансовая ситуация переживает свои метательные моменты, в то время как индустриальный сектор движется по своим ритмам. На российском и международном рынках стали с 30 июня по 7 июля 2024 года наблюдаются активные обсуждения, касающиеся будущего экономики страны. В начале июля снова возникли вопросы: каким путем должна идти российская экономика? Стоит ли первым пунктом сделать борьбу с инфляцией, которая влечёт за собой замедление экономической активности, или же следует акцентировать внимание на ускорении экономического роста, при этом остаётся неясным, как тогда снизить инфляцию?

Дебаты о необходимости снижения инфляции уже неуместны. Пример Турции демонстрирует, что без устойчивой валюты экономика не может развиваться. Возвращение к расчетам в долларах, если рубль не внушает доверия, было бы неверным решением.

Но какие шаги следует предпринять в данной ситуации? Центральный банк России предлагает дальнейшее увеличение процентных ставок. По словам Эльвиры Набиуллиной, председателя Центробанка, 26 июля на заседании Совета директоров решать будут не вопрос о целесообразности повышения ставок, а выяснят, на сколько именно следует их поднять.

Причины этого шага достаточно обоснованы: по данным Росстата, в последнюю неделю июня инфляция составила 0,66%, а к 1 июля годовая ставка достигла 9,22%, что значительно выше показателей начала года. Рост цен очевиден и требует экстренных мер.

Тем не менее, зампред ЦБ Алексей Заботкин попытался успокоить людей, заявив, что в июле инфляция может достичь своего пика, а в августе-сентябре начнется ее снижение, с целью доведения до желаемых величин к середине 2025 года. Это создало бы предпосылки для понижения ключевой ставки к концу текущего года.

Банк России прекрасно понимает, что новое повышение ставок не затронет те экономические сектора, которые имеют доступ к государственному финансированию. В этом случае существуют свои правила игры. Однако в остальной, менее привилегированной части экономики ожидает удорожание заимствованных средств, что, скорее всего, пагубно отразится на деловой активности, будет сокращать инвестиции и приводить к банкротству, а также исчезновению рабочих мест. В итоге возможен избыток предложений, переходящий в дефляцию, которая, в конечном счете, сделает инфляцию менее актуальной.

Но эта стратегия имеет свои недостатки. Основная печаль заключается в том, что причиной инфляции в России остаются увеличенные затраты. Рекордные 0,66% недельной инфляции в конце июня заключаются в росте тарифов на коммунальные услуги, который с 1 июля составил в среднем 10%.

На призывы к тщательной диагностике источников инфляции пока что слабая реакция, но определенные выводы уже налицо. Компании отмечают рост расходов на оплату труда, который может составлять десятки процентов за год, однако увеличение зарплат носит неравномерный характер.

Наибольшее удорожание наблюдается в сферe квалифицированного ручного труда, где конкуренция за лучшие кадры крайне высока. Металлотрейдеры также замечают нехватку квалифицированных менеджеров по продажам. При этом, офисные работники не ощущают существенно растущих зарплат.

Причины нехватки рабочей силы кроются в оттоке кадров в военную сферу, в СВО и в курьерские службы. Сектор интернет-доставки демонстрирует быстрый рост и устойчивую прибыль, но потребности в рабочей силе здесь остаются высокими. Активизация ставок не решит указанные проблемы.

Безусловно, некоторые компании столкнутся с банкротством, но на фоне роста оборонной промышленности, приоритетных сфер и доставки, нехватка рабочих кадров определенных специальностей сохранится. Бизнесу, следовательно, придётся выплачивать высокие зарплаты или продолжать действовать без необходимых специалистов. Некоторые компании вынуждены прибегать к услугам директоров филиалов, работающих по той же ставке, что и обычные работники.

Кроме того, на протяжении последних лет сильно возросли цены на оборудование. Импортозамещение и развитие промышленности — безусловно, важные направления, но они требуют машин и комплектующих, которых на сегодняшний день недостаточно. Несмотря на рост в этих областях, стоит учитывать, что 85-90% производственного оборудования пока еще импортируется. А импорт в условиях существующих реалий остаётся сложной и дорогостоящей задачей.

Как упоминал президент на саммите ШОС в Астане, страны-участницы этого объединения активно стремятся использовать национальные валюты в расчетах между собой. К сожалению, среди прочих проблем, платежи в юанях могут затягиваться на два-три месяца и не всегда доходят до адресата.

Сложность ситуаций усугубляет то, что процессы импортозамещения обходят банковский сектор стороной. Он по-прежнему плотно интегрирован в международную финансовую систему, где ключевую роль играют США и Великобритания. За более чем два года создать альтернативную систему финансов затруднительно.

Существует две ключевых проблемы. Во-первых, для создания альтернативной системы международных платежей требуется эффективное сотрудничество на обеих сторонах границы, чего сейчас не наблюдается. Во-вторых, стоит отметить нехватку квалифицированных специалистов. Где взять банкиров, не связанных с западными финансовыми системами, когда сама кадровая проблема является значимой?

Допустим, что увеличение ключевой ставки снизит спрос на оборудование, но это не приведёт его к нулю. Напротив, из-за дорогих заимствований расходы бизнеса возрастут.

К другим источникам издержек стоит отнести логистику — как международную, так и внутреннюю. Здесь имеется целый комплекс нерешенных проблем: рост расходов РЖД, нехватка автомобилей и водителей и так далее. Это тоже не поддается быстрому решению.

Цены на аренду помещений ещё повысились из-за нехватки площадей. Высокие процентные ставки лишь мешают, создавая преграды для новых складских и производственных помещений. Мы уже говорили о коммунальных расходах.

Многие компании сообщают о значительном росте налогов и других платежей в бюджеты или местным монополистам, которые тесно связаны с губернаторами и местными властями. Понятно, что государству нужны средства, и здесь не поспоришь. Однако оно в основном берет эти средства из карманов «непривилегированного» бизнеса, у которого еще есть ресурсы.

Если подвести итог, то можно сделать вывод, что давление на цены в результате повышения процентных ставок, затронет прежде всего торговые структуры. В частности, на российском рынке стали дистрибьюторы столкнутся с необходимостью снижать цены, чтобы поддержать сокращающиеся продажи. В то же время на первичном рынке котировки скорее вырастут, так как издержки продолжают увеличиваться. Для борьбы с инфляцией необходимо бороться с ростом издержек, но на нынешнем этапе это кажется малореальным. Можно предположить, что для конечного решения проблемы потребуются масштабные действия с созданием эффективных инструментов, однако, где взять достаточно кадров для этой задачи, ещё вопрос.

Министерство промышленности и торговли, представляемое заместителем министра Василием Осьмаковым, считает, что ситуация не требует повышения ключевой ставки, так как перегрева в экономике России не наблюдается. Заместитель министра полагает, что перегрев — это искусственное явление, создаваемое чрезмерными кредитами. В нынешних условиях потребности экономики вполне обоснованны. Санкции требуют активного импортозамещения, поэтому промышленность наращивает свои темпы производства и нуждается в ресурсах.

Министерство, в свою очередь, считает, что ограничение спроса повышением ставок нецелесообразно, так как это может еще больше затормозить предложение. При стабильном курсе рубля и прекращении роста тарифов на коммунальные услуги возможно сдерживание цен с относительно низкой процентной ставкой. Однако остаётся вопрос, обратит ли Центробанк внимание на мнение промышленников.

Осьмаков также отметил важный момент: России нужно полностью переиндустриализироваться, создавая новые сферы деятельности. Для этого следует запускать долгосрочные проекты, которые порой не приносят незамедлительных результатов. Предлагается создать аналог южнокорейских «чеболов» — диверсифицированных промышленно-финансовых групп, при активной поддержке и руководстве государства.

Эта идея достаточно интересна. Южнокорейские «чеболы» в течение двадцати лет сумели преобразовать коррумпированную и бедную страну в динамично развивающееся индустриальное государство. Путь к этому был долгим. Успех Южной Кореи, за которым следовали Китай и Турция, зависел от ряда условий.

Во-первых, нужны жизнеспособные и эффективные предприятия, которые могут составить основу для будущих «чеболов». У нас существует масса таких компаний, стартовые условия значительно лучше, чем для южнокорейцев.

Во-вторых, необходимо создать сильное и компетентное государство и ответственный бизнес, готовый работать на общие долгосрочные цели. Южная Корея могла похвастаться недосягаемыми по тем временам лидерами власти и выдающимися предпринимателями — основателями таких компаний, как Samsung, LG и Daewoo. Когда одному из них ставили задачу создать новую судостроительную отрасль, а другому — основной НПЗ, они смело принимались за дело и успешно доводили его до конца.

В целом, в России эти условия вполне реализуемы. На протяжении последних лет в правительстве сформировалась профессиональная команда, способная эффективно управлять экономикой. Также присутствуют крупные компании, как государственного, так и частного сектора, которые способны решать стратегически важные задачи. Однако всё еще наблюдается нехватка собственных финансовых структур, которые должны быть интегрированы в промышленный сектор и работать на его благо. Например, ПСБ или ВТБ.

Третье необходимое условие заключается в наличии внешних источников технологий и рынков для сбыта продукции. Южной Корее было позволено развиваться благодаря поддержке США, которые открыли для нее свой рынок. Японцы также оказали помощь, в частности, они способствовали строительству первого металлургического комбината Posco, в то время как американские компании отказались от такого участия.

С данной задачей у нас имеются сложности. У России, безусловно, имеется широкий внутренний рынок сбыта, который значительно превосходит по размерам южнокорейский на тот момент. Индустриализация в России не требует строгой зависимости от экспорта, хотя внешние поставки всё же необходимы. Технологии из Китая, хотя и не являются идеалом, также могут быть полезны. Поэтому поставка внешнеэкономических связей становится ключевой задачей.

Основные риски, связанные с процессом «чеболизации» в России, касаются кадрового компонента. Необходимо, чтобы сотрудники обладали высокой ответственностью, компетентностью и чистотой перед законом. Кроме того, существует серьезная проблема с теми секторами экономики, которые могут остаться в стороне от этого процесса. В настоящее время их интересы часто игнорируются, и это является негативным фактором. Интерес к индустриализации и экономическому росту должен быть в целом у всех участников.

В завершение, стоит отметить ситуацию на рынке стальной продукции. За последние дни значительных изменений не наблюдается. В России существует избыток предложений, а точнее, недостаток спроса на горячекатаный прокат и сварные трубы. Цены на спотовом рынке демонстрируют снижение, в то время как на первичном рынке остаются стабильными или даже слегка повышаются. Арматура показывает большую устойчивость — спрос на нее все еще сохраняется на высоком уровне, и значительного избытка предложений не ощущается.

На международной арене наблюдается постепенное удешевление китайской стальной продукции, её экспорт продолжает набирать обороты. В Китае, хотя цены немного поднялись, это больше связано с ожиданиями. В середине июля пройдет пленум Центрального комитета Коммунистической партии Китая, где будут обсуждаться экономические вопросы. Возможно, там смогут предложить свои механизмы для стимулирования экономического роста, и если среди этих предложений появится что-то, что можно адаптировать к нашим условиям, мы сообщим об этом.